Десятинный раскоп в Великом Новгороде

В 2008 г. масштабные исследования проводились в северо-западной части Людина конца средневекового Новгорода, недалеко от Рождественского Десятинного монастыря. На четырех раскопах общей площадью 3400 м2 изучался слой X–XVII вв.

При относительно небольшой по масштабам Новгорода мощности культурного слоя Десятинного раскопа, составляющей 2—2,5 м, он дал богатый материал для изучения времени первоначального освоения и заселения этой части города в конце X — XI в., а также топографии и планировки усадеб и особенностей их материальной культуры в XII–XIV вв. Вещевая коллекция насчитывает около 7000 индивидуальных находок.

На территории раскопа целиком или частично исследованы более 30 усадеб XII — начала XV в., площадью от 300 до 800 м2. Они располагались по сторонам двух улиц — Добрыни и Волосовой, первое упоминание которых в письменных источниках относится к 1130—1160 гг.

В конце X в. произошло деление территории на прямоугольные наделы канавками, углубленными в материк. Они проходили вдоль грунтовых дорог, которые вели от древнейшего поселка на берегу Волхова, ядра будущего Людина конца города, на запад. Первоначальное межевание по какой-то причине не было востребовано, и здесь в течение нескольких лет находилось пахотное поле. Следы борозд в материке и пахотный слой прослежены на всей исследуемой территории. В слое обнаружены лепная и раннекруговая керамика, наконечник рала, арабские монеты, стеклянные бусы, поясные бляшки, амулет из клыка медведя.

В 20-е годы XI в. вблизи Волосовой улицы построили сложное сооружение, которое можно соотнести с «порубом», или тюрьмой. От него сохранилась подземная часть в виде ямы диаметром 5 м и глубиной 3 м с остатками сооружения из вертикальных досок. В 1030-е гг. его заменили срубом квадратной формы размерами 230×240 см, сохранившимся на 28—30 венцов. На дне располагались две лавки и отхожее место в виде ямы. «Поруб» просуществовал около 20 лет.

Во второй половине XI в. территория делится плетнем на участки под сады и огороды. На одном из них сохранилось несколько десятков яблоневых пней. В этом слое обнаружены западноевропейские монеты, ременные накладки, нательные кресты, лопаты, косы.

В начале XII в. улицы впервые замощены деревом, а пространство между ними занимают усадьбы, отгороженные друг от друга частоколами.

В слое XII в. обнаружено 5 ярусов сооружений и мостовых, просуществовавших около 100 лет, здесь собрана очень представительная вещевая коллекция. Во всех усадьбах XII в. прослежены следы различных ремесел.

В начале XIII в. изучаемая территория запустела. Усадебная застройка исчезла, улицы также прекратили свое существование, а свободную территорию заняли огороды. Лишь в конце XIII в. по бывшим трассам улиц проложили новые деревянные мостовые. Вдоль них снова возникли основательно застроенные усадьбы, при раскопках которых получены значительные вещевые коллекции. Остатки мостовых и срубов прослеживались в культурном слое до начала XV в.

Об особом статусе жителей раскопанных усадеб свидетельствуют собранные здесь монеты и свинцовые печати. Среди монет — 12 серебряных дирхемов различных династий Арабского халифата VIII–X вв. и 51 западноевропейский денарий конца X — XI в.

Европейские монеты представлены двумя кладами конца XI в., состоящими из 23 и 4 монет, а также 24 единичными денариями. Первый клад содержит 22 германских денария, в основном из Саксонии и Фризии, и 1 датский денарий, второй — монеты Фризии, Саксонии и Нижней Лотарингии. В числе единичных монет денарии различных германских государств второй и третьей четвертей XI в. и подражания им, английские пенни конца X — первой половины XI в. и скандинавские (?) подражания английским монетам. Чешская монета князя Болеслава II, датирующаяся концом X в., найдена в Новгороде впервые.

Сфрагистическая коллекция насчитывает 70 печатей — 59 древнерусских XI–XV вв., 8 заготовок и 3 византийские XII в., а также около 380 русских домонгольских пломб и 5 западноевропейских товарных пломб XV–XVI вв. Среди печатей — 15 булл, оттиснутых новыми матрицами.

Повышенная концентрация товарных пломб свидетельствует о вовлеченности местных жителей в XII в. в торговые операции, связанные с поставкой в Новгород мехов пушных зверей из восточных удаленных лесных районов Русского Севера. Западноевропейские торговые пломбы — свидетельства торговли Новгорода со странами Европы, откуда поступали разнообразные ткани, в основном тонкое дорогое сукно.

Слои XV–XVII вв. на раскопе оказались сильно перемешанными позднейшей деятельностью, но содержали богатый вещевой материал.

Чл.-корр. РАН П.Г. Гайдуков,
к.и.н. О.М. Олейников, к.и.н. Н.Н. Фараджева

Электронная версия издания